В Волгоградской облдуме в очередной раз озаботились количеством скота и птицы в подворьях. Это связано с тем, что в области под видом ЛПХ работают товарные животноводческие хозяйства – зафиксированы случаи, когда во дворах жилых домов содержатся сотни голов КРС и свиней, а тысячи коз и овец. Объемы такого производства значительно превышают семейные потребности, продукция предназначается для продажи. При этом ЛПХ не облагаются налогами, нередко пренебрегают правилами выпаса животных, ущемляют права соседей. А налагаемые на них штрафы недостаточны, чтобы произвести должный эффект.
Своим мнением по поводу инициативы депутатов Волгоградской облдумы поделились жители региона


Григорий Локтионов, глава Суровикинского района: «Ограничению поголовья в ЛПХ – да. И не только…»

– В начале этой недели мы провели совещание с главами администраций сельских поселений. Все однозначно поддержали инициативу депутатов ограничить количество скота в ЛПХ до 15-ти голов. При этом, считаем, не менее важно дать нам право устанавливать режим выпаса скота. В частности, на период с 1 ноября до 1 апреля вводить запрет на свободный выпас – переводить скот на стойловое содержание, чтобы скот не бродил по полям. Пока он у нас был, мы приучили чабанов к порядку. Его отменили – решили, что это противоречит федеральному законодательству.
Думаю, что решение и этого вопроса нужно передать регионам. А еще лучше – органам местного самоуправления. На местах виднее, как соблюсти баланс интересов хлеборобов и чабанов.

Александр Морозов, глава КФХ (Котельниковский район): «Представьте — за забором вашего дома – ферма»
– ЛПХ хорошее дело. Если, скажем, у человека три коровы и две телки и он хороший хозяин, с ним нет проблем. Если земли достаточно, чтобы прокормить десять голов, держи десять. Нет своей земли – купи или возьми в аренду. Главное, не создавай проблем окружающим.
Хочешь много держать – выводи его за пределы населенного пункта, регистрируйся как ИП, плати налоги, соблюдай санитарно-эпидемиологические и ветеринарные нормы – и Бог тебе в помощь. Глядишь, и государство дозреет до понимания, что строить мега-фермы накладно и в обозримом будущем неокупаемо, и возьмется реально помогать развитию фермерских ферм. В том числе выросших из личных подсобных хозяйств.
А вот развитие ферм в статусе ЛПХ на подворьях, считаю, нужно ограничивать. О проблемах, которые они создают окружающим, знаю не понаслышке – за забором моего дома стадо коров такое же, как у меня в КФХ – 100 голов.

Владимир Аноприенко, председатель СПК-племзавод «Ромашковский», глава Палласовского района: «У СПК масса социальных обязательств. У ЛПХ – только права…»
– Одно из непременных условий построения цивилизованного общества – цивилизованный рынок. Чтобы прийти к нему, нужно всех его участников выводить из тени. В том числе ЛПХ.
У нас много говорят о том, что они сплошь и рядом нарушают санитарно-эпидемиологические, ветеринарные нормы, что, не имея земли, пасут скот где попало, что люди у них работают на положении рабов – их не оформляют официально и т.д. Я бы хотел напомнить о социальной справедливости.
У нас в хозяйстве 20 тыс. голов овцы. Работающих – 200 человек. Мы с рубля зарплаты отдаем государству 50 копеек. С рубля реализации 20 копеек идет в налоги. Кроме того, на нас ложится нагрузка по поддержанию социальной сферы села. Хозяин ЛПХ, имеющий порой до тысячи голов овцы, от всего освобожден. У него никаких обязательств перед государством. А права – те же, что у работающих в сельхозпредприятии.
Люди задают вопрос: почему сельхозпредприятия (по сути, их работники и акционеры) должны платить за все, а частник в статусе ЛПХ, имея до тысячи голов скота, ничего? Его дети учатся в школах, лечатся в больницах, ходят по дорогам, посещают ДК, которые содержатся на средства от наших налогов.

Виктор Левкин, директор АО «Аксайское» (Октябрьский район), депутат Волгоградской областной думы: «Прежде чем ограничивать, надо просчитать, что в итоге получим…»
– В советское время на территории Аксайского сельского поселения было 27 тыс. голов овцы. Не было степных пожаров – нечему было гореть: овца траву поедала. Не было ни клеща, ни саранчи. Овца с ними боролась эффективнее химии: саранчу поедала, клещей давила копытами. Сейчас у нас овцы в три раза меньше. Введем ограничение на содержание скота – будет еще меньше.
Законодательно ограничивать численность скота в ЛПХ, на мой взгляд, означает наступать на грабли, рискуя в ответ получить удар черенком по лбу, как в России уже не раз бывало. Я не исключаю, что эту идею лоббируют крупные комплексы. Неизбежное в таком случае снижение объемов производства молока и мяса позволит им поднять цены на свою продукцию.
Проблема ведь не столько в численности скота в ЛПХ, сколько в том, что он бесконтрольно пасется круглый год, выбивая почву, способствуя ее эрозии. Чтобы навести порядок, надо не ограничивать его количество, а на законодательном уровне дать регионам право принимать решения о режиме выпаса скота, четко определившись, где и когда его можно пасти, а где и когда нельзя.
Есть нормы площади выпаса для овцы, для коровы, есть ветеринарные нормы содержания скота – они должны соблюдаться. Для этого надо ужесточить контроль и наказания за нарушения. Держишь тысячу голов овцы – покажи, где пасешь, сколько у тебя пастбищ в аренде или собственности. За потравы посевов отарой у нас максимальный штраф – 4 тыс. руб. А надо за каждую овцу столько же брать. Десять голов зашли на поле – пусть их хозяин заплатит 40 тыс. руб. штрафа. Тогда он больше не допустит потравы…

Виктор Дудченко, глава ЛПХ (Жирновский район): «Урежете ЛПХ — что молзаводы будут перерабатывать?»
– Мы, простые люди, прочитав о том, что депутаты решили ограничить количество скота в ЛПХ до 15 голов, сидим и недоумении. Правая рука не знает, что делает левая: президент говорит о том, что ЛПХ надо развивать, а депутаты собираются их урезать. Если они думают, что люди, чтобы их не обвинили в незаконной предпринимательской деятельности, массово кинутся регистрироваться как КФХ, ошибаются. Мы это уже проходили.
Чтобы кормить семью, в 1996 году я начал выращивать КРС на мясо. Потом стал закупать коров. В 2008 году мы заняли третье место в России как образцовое подворье. А по надоям на голову – первое. В 2011 году, обещая господдержку (дотации при сохранении и увеличении поголовья), нас уговорили – мы перешли в статус КФХ. Вначале все шло, как обещали. Мы уже подумывали о том, как развиваться дальше – строить новый коровник, увеличивать поголовье. Но поддержку свернули. На нас стали наезжать с проверками: почему у вас нет санпропускника, теплого душа для скота, гидросмыва и прочего, что можно обеспечить только на крупных комплексах. Налоговая насчитала, что за два года мы должны заплатить 2 млн. руб. Таким образом, нас вынудили закрыть КФХ и вернуться в статус ЛПХ.
Сейчас у нас 80 дойных коров. Учитывая, что по официальной статистике одна корова в ЛПХ дает порядка 360 руб. дохода в месяц, если посчитать расходы на их содержание, это немного. А теперь нате: хватит вам 15 коров. От них по официальным данным доходу – 5 тыс. руб. в месяц. А у меня от хозяйства кормится пять семей (моя и моих детей) – 17 человек.
Если так и дальше пойдет, скоро ЛПХ придется записывать в Красную книгу. В Жирновском районе желающих держать скот становится все меньше. Их не ограничивать – поддерживать надо, тем более что у нас полно брошенной земли, на которой можно пасти тысячи голов. Пусть лучше горит степь? И ведь периодически горит. Лучше бы за использованием пастбищ следили и налоги за их аренду собирали – было бы больше пользы.
Прежде чем вводить ограничения количества скота в ЛПХ, определитесь, господа, нужны ли стране молоко и мясо. По словам вице-губернатора Василия Васильевича Иванова, 70% поступающего на переработку молока дают ЛПХ. Мы больше десяти лет все молоко мы возим в Камышин – в «Любимый город». Нам поставили охладитель, так что претензий по качеству к нам нет.
Спрашиваю Василия Васильевича: вынудят ЛПХ вырезать скот – что молокозаводы будут перерабатывать? А моим детям что делать? Поскольку в селе работы нет, на заработки в город податься?

Надежда Кочкина, глава КФХ (Быковский район): «Заплати налоги и спи спокойно»
– У нас наоборот: ЛПХ не платят налоги и, в отличие от нас, спят спокойно – их никто беспокоит налогами и проверками. В каково людям жить, когда сосед держит 300-400 овцы или 30 голов КРС не в степи – в селе? И никто ничего им скажи. Законом не запрещено, значит, имеет право. Ни за что не отчитывается, прививки скоту не делает, чем создает угрозу возникновения и распространения эпидемий.
У нас 150 голов дойного стада, а всего КРС – 300 голов. Пасем на своей земле – у нас 150 га пастбищ. Держим скот в 12 км от села. Два раза в день возим людей на дойку и с дойки. Понятно, что это дополнительные расходы и проблемы, но куда деваться?
Когда мы перевели наше животноводство в КФХ, возникли проблемы и с отчетами, и с проверками. Приходилось их решать: для ведения бухгалтерии и составления отчетов нанимаем человека, к проверкам привыкли – замечания устраняем, налоги платим. Почему же хозяйства, имеющие не меньше скота в статусе ЛПХ, от всего освобождены: от уплаты налогов, проверок, необходимости соблюдать элементарные нормы?

* * *

Есть и другие мнения. Одно из них высказал фермер на условиях анонимности.
– Ограничение численности скота в ЛПХ – лишь одна из необходимых мер по наведению порядка в хуторах. Не уверен, что без ужесточения контроля она будет действенной. Наши ЛПХ, имея по несколько сотен овец и несколько десятков коров, корма не заготавливают, пастбища и сенокосы в аренду не берут. Пасут скот в степи, а весной, когда травы еще нет, выгоняют на посевы озимой пшеницы.
Представьте себе: фермер, вложив в землю деньги, вырастил хорошую озимку. Приехал – а она скотом съедена. Что он будет чувствовать? И не он один. В южных районах эта ситуация – типовая. Мы оказываемся один на один с чабанами. Начинаю с ними разговаривать – они смотрят на меня, давая понять: «Вали отсюда, пока морду не набили…» Контролирующие органы их практически не контролируют. Если, случится, выезжает комиссия, ее уже приготовились встречать: отогнав скот в лесопосадку, на базу оставили пять голов.
У меня много посевов травили. Писал заявления в административную комиссию. Наказали – оштрафовали. Пришло время убирать – по полю проволока и прочий металл разбросан. Так мне дали понять: будешь писать на нас заявления – еще больше потеряешь.
Скажите, как с этим бороться? Ущерба выходит больше, чем дохода. Если и в этом году будет так же, я вынужден буду бросить арендованную у этого хутора землю.
А вот что говорят обитатели Интернета
«Работы нету и это единственный заработок. Почему нету имен и фамилий, кто эту инициативу выдвинул? Врагов народа сейчас хватает».
«В деревнях зарплата мизер, только хозяйство и спасает. Скоро дышать нам через раз прикажите?».
«Правильный подход. Денег в казне нет, а налоги платить не желаем. Никто не заставляет иметь мало скотины. Имейте столько, сколько потянете. Но регистрируйте коммерческое хозяйство и будьте субъектами цивилизованного рынка, а не подпольного».
«К сожалению, стоимость мяса в России не зависит от количества голов скота в государстве, также как и стоимость ГСМ не зависит от количества добытой нефти. В Госдуме, облдуме сидят депутаты, купившие свои места. Для них сельское хозяйство – это хлеб и мясо на столе, а откуда все берется они не знают»…

Раиса Мотузова

Фото с сайта облдумы

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here