авария1Обстоятельства ДТП с трагическим исходом вызывают слишком много вопросов
На протяжении нескольких месяцев «ИНТЕР» следит за тем, как волжанин Николай Синичкин пытается восстановить справедливость в отношении своего сына Сергея, погибшего в ДТП. Напомним, что авария, о которой шла речь в наших публикациях, случилась в августе 2008 г. на автодороге Волжский – Энгельс. Столкнулись «ВАЗ 21099» под управлением Сергея и «Тойота Ленд Крузер», принадлежащая фермеру Евгению Югаю. 18-летний парень и его пассажиры (8-летний мальчик и его отец) погибли.

Одно дело — шесть экспертиз
Пять лет Николаю Синичкину отказывали в возбуждении уголовного дела по факту ДТП, признав Сергея виновником аварии без суда и следствия. А когда отец, наконец, добился, чтобы обстоятельства ДТП рассматривались в правовом поле, начался ведомственный пинг-понг: дело перебрасывали из одной инстанции в другую.
На стороне правоохранителей изначально был один из экспертов, подтвердивших, что Сергей выехал на встречную полосу. На стороне родственников погибших, уверенных, что свою полосу покинул водитель «тойоты» Евгений Югай, были другие специалисты, подготовившие четыре экспертных заключения по делу. Один из таких выводов был сделан уже в ходе следствия. Но тут дело передали из Волжского отдела полиции в ГСУ регионального ГУ МВД, назначившего новую экспертизу, полностью подтвердившую первоначальную версию правоохранителей.
Как сообщал «ИНТЕР», в начале лета этого года дело почти дошло до суда: 2 июня его материалы были переданы в Среднеахтубинскую прокуратуру для утверждения обвинительного заключения (в аварии вновь обвинили Сергея). А почти месяц спустя Николая Синичкина уведомили: 5 июня расследование было вновь возобновлено. Таким образом, точка в этой истории не поставлена, и «ИНТЕР» следит за развитием событий. Тем временем в нашу редакцию после публикаций о ДТП с Сергеем Синичкиным стали поступать обращения от жителей области. Тех, что сомневаются в объективности расследования обстоятельств серьезных ДТП, участниками которых стали их родные и знакомые. Вот две такие истории.

Жив? Виновен!
… Поздним октябрьским вечером 2009 г. погибли двое молодых людей: Алексей Ботов и Алексей Солодунов. Трагедия произошла так: выпив, трое друзей (с Алексеями был еще Михаил Журавский) мчались на «шестерке» из Кировского района Волгограда в центр города со скоростью не меньше 120 км в час. Неподалеку от кинотеатра «Мир» при повороте на МРЭО водитель не справился с управлением, машину развернуло и она влетела в бетонную опору.
Картина была жуткая: Бутов, не пристегнутый ремнем безопасности, вылетел из машины, пробив переднее стекло. Солодунова, который сидел на заднем сиденье, придавило крышей сплющенного от удара авто – его тело с трудом извлекли сотрудники МЧС. Михаил Журавский остался в живых. За это, считает парень, и попал в колонию-поселение.
Виновным в аварии он себя не признает, и вот по какой причине.
– Михаил сидел на пассажирском сидении, – утверждает его представитель, правозащитник Сергей Громов. – Подтверждение тому – фото, которое сделали в больнице «Каустика», куда его доставили сразу после аварии: след от ремня безопасности, благодаря которому он остался жив, находится на теле с правой стороны. Микрочастицы ремня врачи извлекли из его правого уха, надорванного при ударе машины.

Эксперты и экспертизы
Эксперт облбюро судебно-медицинской экспертизы (СМЭ) Павел Володин подтвердил: судя по характеру повреждений, полученных Журавским, он был пассажиром. То, что на водительском сиденье находился Ботов, подтверждают следы на подошве его кроссовки. Но следствие выводам специалиста не доверилось: была назначена повторная экспертиза. Коллеги Володина г-да Марченко и Попов пришли к диаметрально противоположному выводу.
– Меня как бывшего старшего следователя следственной группы прокуратуры СССР удивило, что моя коллега из Ворошиловкого РОВД не назначила проведение исследования ремня безопасности, которым был пристегнут Журавский, – говорит Сергей Громов. – А после и вовсе потеряла это вещественное доказательство.
Такая преступная, на взгляд Сергей Константиновича, небрежность следователя привела к тому, что Михаила признали виновным, назначив ему в качестве наказания четыре года лишения свободы.
Пока шел суд да дело, Сергей Громов устроил так, чтобы Михаил Журавский прошел исследования на детекторе лжи у кандидата технических наук, специалиста высшей категории по проведению специальных психо-физиологических исследований Александра Шкатова.
– По результатам испытаний мы сделали однозначный вывод, что за рулем Журавский находиться не мог, – уверен Александр Сергеевич.
Такое же испытание прошел и свидетель, которого не нашло следствие, но нашла мама Журавского.
– Было подтверждено: парень не лжет, и действительно видел, как после аварии Михаил выбрался из машины с пассажирского сиденья, – подтвердил Шкатов.
Но, к сожалению, Михаилу это не помогло.
– Несмотря на наше оправдательное заключение, ему был вынесен обвинительный приговор, – подытожил эксперт.
Проблема, по словам Шкатова, в том, что если в мировой судейской практике показания детектора лжи принимаются безусловно и являются достаточно вескими, в России судья может прислушаться к выводам специалиста, а может и нет. Притом, что при соблюдении всех принципов и стандартов испытаний полученные в ходе их данные максимально надежны.

Докажи, что ты – это ты
Позже уже Ворошиловский райсуд отказалась вызвать в заседание специалиста экпертно-консультационного центра «СевзамЭксперт» (Санкт-Петербург) Игоря Иванова. Вывод доктора медицинских наук, имеющего высшую квалификационную категорию по специальности судебная медицина, который также подтвердил, что Журавский был в той злополучной машине пассажиром, не был исследован в суде.
– Судья посчитала, что не обязана этого делать, так как экспертиза была проведена не в рамках уголовного дела, а поэтому не является доказательством, – подтвердил Сергей Громов. – Хотя председатель Верховного суда России г-н Лебедев четко сказал, что к вновь открывшимся обстоятельствам, по которым должно быть пересмотрено дело, относятся «иные сведения, полученные защитой».
Но последней каплей, переполнившей чашу возмущения судейской системой, для Громова стало рассмотрение дела судебной коллегией облсуда по уголовным делам.
– Когда мы представили там в качестве доказательства невиновности Журавского уже упомянутые мною цветные фото, на которых он изображен после аварии, члены коллегии заявили: а вы докажите, что человек, сидящий сейчас за решеткой и изображенный на этих фото – одно и то же лицо, – возмущается Сергей Константинович.
Когда корреспондент «ИНТЕРа» обратился в пресс-службу УФСИН с просьбой организовать ему встречу с Михаилом Журавским в Ленинской колонии-поселении, где тот отбывает наказание, в ведомстве очень удивились. Свой срок парень уже почти отсидел, скоро выйдет на свободу. Зачем ворошить былое?
Но есть, наверное, разница: оказаться на воле с клеймом убийцы (пусть и невольным) двоих ни в чем не повинных друзей или встретиться лицом к лицу с их родными оправданным по всем статьям человеком. И, как видится, если бы суды подходили к делу с этой точки зрения, двери в храм Фемиды для экспертов были бы не зарешечены, а распахнуты настежь…

Без свидетелей?
Пока Михаил Журавский отбывает срок в Ленинской колонии, в Серафимовичском районе ждет решения своей судьбы Алексей Комиссар. По данным следствия, он – виновник аварии, в ходе которой погибли две юных жительницы ст.Усть-Хоперская того же района.
ДТП случилось в ночь с 17 на 18 ноября 2012 г. Девушки ехали в машине Алексея.
«Я находился на водительском сидении, – говорит Алексей. – Ехал со скоростью, не превышающей 60 км в час и был совершенно трезв. На участке дороги между х. Большой и х. Пронин меня нагнал неизвестный мне автомобиль, который ослеплял меня и то равнялся со мной, то сбавлял скорость. Сам автомобиль я не видел, но на одном из участков он сильно меня ослепил, и тут же я почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля. После удара ничего не помню».
После аварии Алексей Комиссар оказался в состоянии комы.
Между тем, исходя из материалов следствия, в ДТП виноват только он сам: не справился с управлением, машина перевернулась.
Свидетелей непосредственно аварии, опять же судя по материалам дела, нет. Компания из шести подростков, передвигавшаяся на джипе, принадлежащем местному предпринимателю Николаю Горскому, застала уже только последствия трагедии. По крайней мере, если верить показаниям тех, кто находился в тот злополучный вечер в иномарке, которой управлял несовершеннолетний Константин Горский.

Частичная экспертиза
– После аварии автомобиль сына больше месяца стоял без присмотра под открытым небом, – жалуется отец Алексея Михаил Комиссар. – Потом его все-таки направили на экспертизу, но без бампера, который отлетел при ДТП. Так что выводы отделения Экспертно-криминалистического центра (ЭКЦ) регионального ГУ МВД РФ относительно причины потери устойчивости нашего «жигуленка» изначально не могли быть верны.
После многочисленных жалоб адвоката и самого Алексея Комиссара другому эксперту был предоставлен… бампер без автомобиля. Поэтому исследования главного эксперта отделения №3 ЭКО №4 ЭКЦ ГУ МВД России по Волгоградской области Б. Н. Гурова тоже не вызывают доверия у обвиняемого и его представителей. Тем более что, по мнению стороны защиты, данный эксперт не обладает должной квалификацией.
– Мы просим одного: чтобы была проведена комплексная экспертиза автомобиля вместе с бампером, – говорит Михаил Комиссар. – Но хотя постановление о проведении такой экспертизы есть, исполнять его правоохранители не торопятся. Между тем следы, оставшиеся на месте аварии, свидетельствуют о том, что машина сына не сама слетела с дороги, соскользнув на влажную травяную обочину. Она больше 60-ти метров «пропахала» по полю, причем двигалась боком и не переворачивалась. Это возможно только при одном условии: ее толкал другой автомобиль, значительно большей массы, придавив к земле. В то же время на бампере остался след от колеса машины типа «джип». Почему эксперты этого не видят – непонятно.

Вопросы без ответа
Михаил Комиссар видит еще один промах следствия: были опрошены не все свидетели, находившиеся в машине под управлением Константина Горского. По крайней мере, один из них не попал в поле зрения правоохранителей.
– Возможно, я и не придал бы этому значения, – говорит Михаил Васильевич. – Если бы не случай не свел меня с отцом этого парня. Он (разумеется, на словах) подтвердил мне, что его сын был в этой машине и рассказывал ему, что Костя Горский гнался за «шестеркой» моего сына и столкнул ее с дороги.
Отец Константина Николай Горский подтвердил в ходе расследования, что иногда разрешает своему несовершеннолетнему сыну брать «тойоту». Но только чтобы контролировать скот по хутору.
«Когда случилась трагедия, я спросил у сына: не причастен ли он к данной аварии – на что он мне сказал, что непричастен. Приехав 19 ноября 2012 г. в послеобеденное время домой в х. Крутовский, я в первую очередь стал осматривать свой автомобиль «Toyota Land Cruiser 105» на наличие каких-либо повреждений. Никаких повреждений не увидел. У автомобиля поврежден местами «кенгурятник» в виде вмятин, а также противотуманные фары, так как он ранее бывал в аварии», – сказано в протоколе допроса Николая Горского.
– Мне непонятно, во-первых, – парирует руководитель коллегии адвокатов «Содействие» Владимир Логинов, – почему остается безнаказанным, что 14-летний подросток управлял автомобилем? Во-вторых, почему осмотр автомобиля Горского был проведет только спустя около четырех месяцев после происшествия? И, наконец, странные выводы экспертов, безоговорочно принятые следствием. Насколько мне известно, в настоящее время материалы дела находятся в прокуратуре. Но, учитывая недочеты следствия, на мой взгляд, его следует вернуть на доработку.

Мнение редакции
Дорожно-транспортные происшествия — это особый случай. Никому из добропорядочных граждан не придет в голову пойти воровать или убивать. Но каждый день мы садимся за руль, выезжаем на трассу и случится с нами может всякое. И если, не дай Бог, произошла авария, судьба водителя (а, порой, как показывает практика, и пассажира) зависит от того, насколько скрупулезно будет проведено предварительное расследование и насколько объективно подойдет к делу суд. Согласится ли судья принять во внимание все доводы сторон или удовлетворится одними лишь доводами прокуратуры, которая, возможно, получила от правоохранителей «сырое» дело? Воздадут ли по заслугам виновным или в тюрьме окажется невинно пострадавший человек? Излишне говорить, что цена ошибки в таком деле слишком высока. Надеяться, что нас минует чаша сия, конечно, можно. Только, к сожалению, минует не всех и не всегда.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here