К репортажу 3Корреспондент «ИНТЕРа» отправился в Ростовскую область с добровольцами, которые доставляют гуманитарные грузы на Юго-Восток Украины
Чтобы понять, что происходит в бывшей братской республике, даже нет необходимости заходить на территорию Украины. В районе пограничного перехода Гуково (Ростовская область) — Червонопартизанск (Украина или ЛНР, в зависимости от точки зрения на происходящее) бои идут по сути на нейтральной полосе. Именно там держат оборону ополченцы, которых украинские войска пытаются отсечь от российской границы. Нам удалось сделать от силы несколько шагов по этой территории.
Под обстрелом
На российско-украинскую границу журналисту «ИНТЕРа» удалось съездить вместе с жителем Урюпинска Александром Калашниковым. «ИНТЕР» уже писал, что этот неравнодушный человек одним из первых подключился к сбору гуманитарной помощи для воюющих регионов юго-востока. 24 июня он выехал в Ростовскую область с гуманитарным грузом уже в третий раз. Но если в первую поездку Александр Павлович сам заезжал на территорию Украины и передавал собранное ополченцам в тамошнем Свердловске, то в дальнейшем это было уже слишком опасно, поэтому помощь перегружали на территории России.
Когда около 11 часов утра 25 июня мы подъехали к погранзаставе Гуково, за несколько дней до этого попавшей под серьезный обстрел со всеми находящимися внутри людьми, там было тихо. Однако для Александра Калашникова, который посещает это место не в первый раз, изменения были очевидны. Во-первых, лагерь для беженцев был перенесен на несколько километров вглубь территории России. Забегая вперед, отмечу, что это, по всей видимости было сделано на всех пограничных постах: такую же картину мы наблюдали потом на переходе Матвеев Курган — Успенка. Кроме того, на самой погранзаставе появились немногочисленные мешки с песком. Непосредственно возле заставы Гуково оставалась лишь одна палатка МЧС, где гости России поневоле проходили первичную регистрацию. Там же находилось несколько женщин — это были жены ополченцев. Поскольку у нас была возможность вывезти беженцев из зоны конфликта, мы предложили этим женщинам отправиться с нами. Однако они наотрез отказались, заявив, что никуда оттуда не уедут.
Здесь мы впервые столкнулись с нежеланием беженцев рассказывать что-либо о происходящем. Волшебные слова «российская пресса» позволяли нам миновать очереди, но не развязывали языки. Но одна из женщин созвонилась со своим супругом, который служит в ополчении, и спросила, можно ли нам пройти на их позиции.
— Они пытаются отсечь наших ребят от границы. Но пока там все под контролем. Вас проведут. Если люди пошли, если открытые ворота, значит, все хорошо…
Однако пока мы миновали пограничный и таможенный контроль, ситуация изменилась. Еще только подъехав к посту, мы услышали далекое грохотанье. Пока же вышли за последний шлагбаум и оказались на нейтральной полосе, взрывы стали раздаваться ближе и чаще. Знающие люди сказали, что это танк, а беженцы добавили, что это бомбят окраины Свердловска, из которого и приехало подавляющее большинство этих людей.
-У нас на улице никого не осталось…
— Мы тоже ждали до последнего…
Такие реплики раздавались тут и там.
Тут мы увидели человека в камуфляже с георгиевской ленточкой у шлагбаума. Именно он нас встречал, но предложил пока не ходить. Стоявшая рядом женщина, услышав, что мы журналисты, разрыдалась:К репортажу
— Сволочи, что делают. Мы русские люди, как это можно так? Покажите это в Америке. Донесите до всех. Там же тоже в Америке люди, что же они на нас нападают за этот газ…
Меж тем пограничники одели бронежилеты и каски. К выезду с заставы выдвинулся БТР. Нас попросили зайти внутрь погранпоста. Выстрелы из танка звучали все ближе и чаще. Кроме того, в нескольких метрах от поста располагался небольшой мосток, на котором стояли бойцы ополчения. Кто-то из беженцев посоветовал нам не проходить по нему пешком, так как по посту стреляет снайперы. Раздавшиеся чуть позже выстрелы из снайперской винтовки подтвердили эти слова.
Стало ясно, что побывать в этот раз на позициях ополченцев не удастся. Кстати, далекую канонаду, доносящуюся со стороны украинской границы, мы слышали до конца дня. Вот такое перемирие.
К репортажу 2Как встречают беженцев
Александр Калашников договорился передать груз гуманитарной помощи представителям ЛНР возле лагеря беженцев, разбитого недалеко от блокпоста Гуково. Ждать нам ребят пришлось несколько часов, так что времени на осмотр этого места было предостаточно.
Майор МЧС Андрей рассказал, что данный пункт временного размещения появился в чистом поле 17 июля, и рассчитан он на 450 человек. Здесь имеется кухня, столовая, душевые. В тот день в одной из палаток делали баню, а вокруг территории устанавливали освещение. В специальных передвижных медпунктах все вновьприбывшие беженцы проходят медицинские осмотры, а на случай экстренной эвакуации имеется вертолет.
— Это многоцелевой вертолет Ми-8, сейчас предназначенный для перевозки тяжелоранненых, — сообщил «ИНТЕРу» бортмеханик Андрей. — Он рассчитан на перевозку 4 человек с полной реанимацией.
Когда мы посетили данный ПВР, особого ажиотажа там не наблюдалось, многие палатки оказались пусты. Скорее всего, это было связано с тем, что рядом с ближайшим погранпереходом шли бои, и люди не могли покинуть территорию Украины, поскольку в дальнейшие дни новости об открытии новых пунктов временного размещения беженцев появлялись регулярно. На территории лагеря мы видели огромное количество одежды, которой было заполнено несколько палаток, целую гору емкостей с питьевой водой. Также в течение дня неоднократно были свидетелями того, как к лагерю подъезжали машины с ростовскими номерами, приехавшие на них люди привозили вещи, детские игрушки, продукты. Одна молодая пара даже привезла телевизор.
Ядерный зонтик нас бережет
Встретится с ополченцами армии Юго-Востока нам удалось только ближе к вечеру. Перегрузив коробки с гуманитарной помощью и отдав список того, что сейчас является острой необходимостью, нас пригласили в дом, где в настоящее время проживает 27 человек. В подавляющем большинстве, это, конечно, женщины и дети, а их мужья, которые в той или иной степени имеют отношение к ополчению, в более-менее спокойные дни приезжают их навестить.
Небольшое жилище в обычных условиях, наверное, считалось бы тесным и для семьи из трех человек. Сейчас здесь обитают и не жалуются на судьбу почти что три десятка.
Экскурсию нам проводит очаровательная большеглазая Ярослава, в свои явно юные годы являющаяся мамой троих детей.
— Я сама из Червонопартизанска, — рассказывает она. — Мы просто стали искать, кто нас примет. У кого-то из общих знакомых здесь проживают родственники, так постепенно и собралось столько народу. Люди нам очень помогают, дают плитки, привозят продукты. Завтра в лагерь должны доставить детское питание, нам сообщили, предложили прийти, если есть необходимость. Дали и игрушки для малышей. Своих я собирала за 20 минут, под бомбежкой, конечно, было не до игрушек.
Еще один дом, где сейчас обитают 5 взрослых (одна из женщин беременная) и 3 детей-беженцев, до этого вообще стоял заколоченный. Позвонили хозяйке, попросили разрешения разместиться, провели туда свет, привезли кое-какую мебель…
— Почему вы не хотите уезжать в другие регионы? Ведь вас готовы принять почти по всей России… — задаю я вопрос этим девушкам.
— Мы не хотим оставлять нашу землю, — отвечает Ярослава. — Мы там родились и выросли, у многих на Украине остались родители, а мужья вступили в ополчение… Мы выехали на время, и не хотим получать статус беженца.
— То есть, и близко от дома, и под ядерным зонтиком?
— Да.
Последним пунктом назначения этого долгого дня для нас стал пограничный пункт пропуска Матвеев Курган — Успенка. Там мы должны были забрать женщину с ребенком из Славянска, а также одного бывшего ополченца из этого населенного пункта, которому пришлось покинуть осажденный город не по своей воле. Он выезжал через Успенку, поскольку этот пункт сейчас считается наиболее безопасным: с украинской стороны там стоит не нацгвардия, а солдаты украинской армии, которые ко всем пересекающим границу относятся более лояльно. То, что мы увидели на данном блокпосту, подтвердило полученную информацию: в отличие от Гуково машины там следовали не только на выезд, но и на въезд, было много фур, которые направлялись на территорию Украины. Но это была лишь видимость мирной жизни: по словам людей, которых мы забрали, на украинской стороне они видели как местность бомбят установками «Град».
Судя по всему, это был достаточно спокойный день для российско-украинской границы. И для перемирия.

Р.S.:
28 июня в здание пункта пропуска «Гуково» таки попал снаряд с украинской стороны. К счастью, никто не пострадал.

Редакция «ИНТЕРа» благодарит за помощь в организации поездки предпринимателя из Урюпинска Александр Калашникова. Желающие помочь братскому народу Новороссии могут связаться с Александром Павловичем по тел. 8-902-382-74-49

Врезка:
Сбор помощи для охваченных войной районов Новороссии ведет интернет-сообщество «Гуманитарные войска». Координатор в Волгограде Ольга Лопатина, тел.: 8-937-702-80-28
Анастасия Франтасова

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here