правовое поле синичкин«ИНТЕР» продолжает следить за развитием событий, связанных с трагедией в семье Николая Синичкина. Напомним, что его сын Сергей погиб в ДТП в августе 2008 г. Тогда на автодороге Волжский – Энгельс столкнулись отечественная 99-я, которой управлял 18-летний парень, и иномарка «Тойота Ленд Крузер», за рулем которой находился известный в области фермер Евгений Югай. Погибли водитель отечественного автомобиля и пассажиры – 8-летний мальчик и его отец.

Досудебная пятилетка
Свидетелей аварии не было. И полиция доверилась показаниям Югая. Исходя из его слов и слов его пассажира, правоохранители пришли к заключению, что в аварии виновен Сергей Синичкин. Он якобы обгонял попутную машину, выехал на встречную полосу движения и там встретился с «тойотой». Такой же вывод сделал эксперт, которому направили материалы проверки по факту ДТП.
– Но иначе и быть не могло, – считает Николай Синичкин. – Ведь следователь умышленно сформулировал вопрос следующим образом: «На каком удалении находилась «тойота» от места столкновения в момент выезда 99-й на его полосу при обгоне транспортного средства?» – продвигая тем самым версию о выезде моего сына на «встречку».
Отец погибшего парня пять лет добивался, чтобы обстоятельства аварии расследовали в рамках уголовного дела. Ему отказывали. И только в 2013 г. дело было возбуждено. В настоящее время его материалы переданы в прокуратуру, которая должна или направить дело в суд, или вернуть на доследование. Однако Николай Васильевич и его адвокат Владимир Логинов считают, что объективного решения ждать не приходится.

Эксперт против эксперта
– Напомню о том, как проходило расследование уголовного дела, – поясняет свою позицию адвокат. – Сначала оно было поручено СУ МВД РФ по Волжскому. Следователь опросил Синичкина, назначил проведение экспертизы. И эксперт ФБУ «Волгоградская лаборатория судебной экспертизы Минюста РФ» заключил, что « а/м «тойота» двигался по проезжей части, предназначенной для встречного движения». А «версия о том, что Синичкин, намереваясь обогнать попутно движущийся грузовой автомобиль, является несостоятельной». Казалось бы, дело можно передавать в суд. Но оно по непонятной причине было передано в ГСУ ГУ МВД РФ по Волгоградской области.
Новый следователь назначил новую экспертизу, которая была проведена за три дня и полностью подтвердила первоначальную версию полиции.
– Но опять же, – говорит Владимир Логинов, – уже в самом постановлении о направлении материалов дела на экспертизу указано: со слов водителя Югая установлено (выделено редакцией). Тогда как, на мой взгляд, следовало указать: согласно показаний Югая. Тогда не эксперта не оказывалось бы давления.

Недопустимые доказательства
Кроме того, следователь ГСУ регионального ГУ МВД РФ признал недопустимыми доказательствами показания Синичкина, которые он давал в СУ МВД РФ по Волжскому.
– Когда случилась авария, следователь полиции осмотрел место происшествия только в темное время суток, – вспоминает Владимир Логинов. – А Николай Синичкин приезжал туда несколько дней подряд, на коленках оползал каждый сантиметр и собрал все доказательства, свидетельствующие о том, что машины столкнулись не лоб в лоб, а под углом а 150 градусов. И именно Николай Васильевич настоял на том, чтобы месяц спустя после аварии следователь повторно выехал на место происшествия, повторно осмотрел участок и составил протокол осмотра.
– Как же можно признавать показания отца погибшего недостоверными? – удивляется адвокат.
По мнению Владимира Логинова, в материалах дела, которые, скорее всего, будут направлены в суд, изложена позиция только одной стороны. И сделать объективные выводы на этом основании у суда не будет возможности.

Точка в деле о ДТП, унесшем жизни трех человек, не поставлена спустя пять лет после случившегося
Трагедия, о которой пойдет речь, случилась еще 19 августа 2008 года, но точка в ней не поставлена по сей день. В тот день на автодороге Волжский – Энгельс столкнулись два автомобиля. За рулем отечественной 99-й находился 18-летний Сергей Синичкин. Машиной «Тойота Ленд Крузер» управлял известный в Быковском районе фермер Евгений Югай. Лобовой удар смял «жигули» в груду железа. Водитель и пассажиры – пятилетний мальчик и его отец – погибли. По официальной версии, водитель 99-й обгонял попутную машину и, оказавшись на встречной полосе, не успел завершить маневр. Однако Николай Синичкин – отец погибшего – считает, что все не так однозначно. В течение пяти лет он добивался, чтобы по факту ДТП возбудили уголовное дело. Теперь же, по его мнению, расследование намеренно затягивается.
«Встречная» версия
– В тот день сын возвращался из Ново-Никольска, – вспоминает Николай Синичикин. – Он задерживался, и я начал волноваться. Позвонил ему на сотовый. Мне ответил незнакомый мужчина, представился сотрудником МЧС и сообщил об аварии. Когда мы с сотрудниками нашей фирмы добрались до 50 километра, где случилось ДТП, пожарные уже сворачивали шланги. Место происшествия было залито водой, почти все следы оказались смытыми.
Первые сомнения в объективности расследования у Николая Синичкина возникли, когда он увидел схему ДТП. На его взгляд, она не отражала реальной картины случившегося. Не давала ему покоя и лопнувшая шина на заднем колесе «тойоты»: каким образом такое повреждение могло случиться в результате лобового удара? Следователи же не придавали этому факту значения.
Синичкин стал добиваться более тщательного исследования деталей происшествия, которое возможно только в рамках уголовного дела.
– Но в его возбуждении мне отказывали, признав моего сына виновным без суда и следствия, основываясь исключительно на показаниях Югая и ехавшего с ним другого фермера Пака, которые утверждали, что Сергей выехал на «встречку», – говорит он. – Других подтверждений данной версии нет и не было. Найти водителя машины, которую якобы обгонял мой сын, полиции не удалось.
Из постановления об отказе в возбуждении дела:
«Водитель а/м «тойота» Югай пояснил, что двигался со скоростью примерно 90 км/ч. Непосредственно перед столкновением он увидел двигавшийся навстречу по своей полосе движения фургон. В момент, когда расстояние между его машиной и фургоном было примерно 20-30 м, из-за задней части фургона на его полосу движения выехал автомобиль ВАЗ. Он (Югай. – Авт.) попытался уйти вправо. Водитель ВАЗа в свою очередь вывернул руль влево и, видимо, попытался уйти на левую для него обочину. В следующее мгновение произошло столкновение. Какие-либо признаки, позволяющие с достаточной точностью утверждать, что события, описанные водителем Югай, могли произойти либо они таковыми быть не могли, в материалах дела и в схеме происшествия отсутствуют».
Экспертное мнение
Сомнения Николая Синичкина только окрепли, когда он ознакомился с результатами назначенных в рамках проверки экспертиз.
– На мой взгляд, следователи СО МВД по Среднеахтубинскому району попросту подтасовали факты, – высказывает он свое мнение. – Перед экспертом поставили вопрос: «На каком удалении находилась «тойота» от места столкновения в момент выезда 99-й на его полосу при обгоне транспортного средства?» То есть следователь умышленно продвигал версию о выезде моего сына на «встречку». И эксперт пошел у него на поводу.
Синичкин обратился к столичным экспертам, которые приходят к выводам, диаметрально противоположным выводам их волгоградского коллеги.
Из заключения специалиста в области автотехнической экспертизы АНО «Центр судебных экспертиз» (Москва):
«Исходя из установленного взаимного расположения транспортных средств на проезжей части, а/м «тойота» непосредственно перед столкновением находился на встречной для него полосе движения».
Из заключения специалистов «Независимого центра экспертиз и консалтинговых услуг» (Москва):
«Скорость «тойоты» в момент движения перед ДТП была значительно выше 120 км/час».
«Механизм ДТП выглядел следующим образом: а/м «тойота» и ВАЗ двигались во встречном направлении. Разбортирование шины заднего левого колеса «тойоты» произошло до момента столкновения. Из-за значительного превышения скоростного режима это вызвало изменение траектории «тойоты» со смещением на полосу движения, предназначенную для встречного транспорта, где в тот момент двигался а/м ВАЗ-21099».
«Специалисты обращают особое внимание на тот факт, что при составлении схемы места ДТП не были внесены все необходимые данные и детали дорожно-транспортного происшествия».
– Что это: халатность полицейских или намеренное искажение картины аварии? – задается вопросом Николай Васильевич.
Тем временем независимую экспертизу заказала и Светлана Антипова, муж и ребенок которой погибли в той аварии (они были пассажирами 99-й). Вот выдержки из заключения специалиста АТЦ ВолгГТУ (автотехнический центр):
«Механизм развития ДТП происходил следующим образом: перед столкновением а/м «тойота» двигался по стороне встречного движения».
«Действия водителя «тойоты» с технической точки зрения не соответствуют требованиям пп. 1.3, 1.4, 1.5, 10.1 ПДД. В действиях водителя а/м ВАЗ с технической точки зрения каких-либо несоответствий требованиям ПДД не усматривается».
Конституционное вмешательство
Все эти годы Николай Синичкин продолжал добиваться, чтобы проверка по факту ДТП проводилась в плоскости УК РФ. Опротестовывал постановления следователей об отказе в возбуждении уголовного дела, обращался за защитой своих прав в органы прокуратуры. Всюду ссылались на то, что если виновник аварии скончался, в этом нет необходимости.
– В 2011 году Конституционный суд РФ постановил: если родственники погибших настаивают на возбуждении уголовного дела, отказывать им незаконно, – говорит Николай Васильевич. – Но, невзирая на позицию КС России, в нашем регионе меня продолжали «отфутболивать» из одной инстанции в другую. В 2013 году Конституционный суд снова обратился к этой теме и указал на недопустимость отказов родным погибших в праве на объективное расследование ДТП. И уголовное дело, наконец, было возбуждено.
Из постановления об изъятии и о передаче уголовного дела:
«В целях объективного и всестороннего исследования всех обстоятельств совершенного преступления расследование уголовного дела целесообразно поручить СУ МВД России по городу Волжскому».
– В рамках уголовного дела назначается новая экспертиза, – уточняет Синичкин. – И на этот раз следователь ставит перед экспертом действительно объективное задание, предлагая ему исследовать две версии аварии.
Из заключения эксперта ФБУ «Волгоградская лаборатория судебной экспертизы Минюста РФ»:
«Столкновение встречно двигавшихся а/м «тойота» и ВАЗ-21099 произошло на проезжей части, предназначенной для движения в сторону г. Волжский в районе осевой линии разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. При этом а/м «тойота» двигался по проезжей части, предназначенной для встречного движения(выделено ред.) и к моменту столкновения смещался вправо относительно своего направления движения Скорость а/м ВАЗ была меньше, чем скорость движения «тойоты».
«Версия о том, что Синичкин, намереваясь обогнать попутно движущийся грузовой автомобиль, выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение с «тойотой» под управлением Югая, является несостоятельной».
«В действиях водителя Синичкина перед столкновением с а/м «тойота» каких-либо несоответствий требованиям правил дорожного движения РФ не усматривается».
* * *
– Казалось бы, после шести месяцев расследования дело можно направлять в суд, – говорит Николай Синичкин. – Но как только в нем появились результаты экспертизы, его передают в ГСУ ГУ МВД РФ по Волгоградской области. Причем тому же следователю, который начинал проверку в Среднеахтубинском РОВД и выносил первые два (из тринадцати!) постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Только после жалобы в управление собственной безопасности регионального ГУ МВД его передали другому следователю. Но как пояснил мне следователь, его не устраивают результаты экспертизы, проведенной Волгоградской лабораторией судебной экспертизы Минюста РФ. А это значит, что дело снова затягивается.
Синичкин не исключает, что затягивается оно не случайно: в августе этого года истекает срок давности привлечения к уголовной ответственности за совершенное в 2008 году ДТП.
– И речь не только о водителе «тойоты», если суд признает его виновным, – считает Николай Васильевич. – В какой ситуации окажутся те, кто стоял на пути законности, если выяснится, что вины моего сына в аварии нет?
Эмоции отца, потерявшего сына, вполне понятны, тем более что подавляющее число экспертов – на его стороне. И все же окончательную точку в этой истории должен поставить суд. Если дело спустя пять лет после ДТП все-таки дойдет до суда, «ИНТЕР» продолжит следить за развитием событий.
Евгений Фисенко

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Одноклассники

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here